home arrow memorial

home | домой

RussianEnglish

similar

Закон о социальной защите граждан, пострадавших от...
соц. защита пострадавших в терактах
Мой сын работал в Норд-Осте в оркестре, теракт был в его смену. Никаких ежемесячных и ежегодных компенсаций не получа...
18/12/19 17:52 more...
author Марина

Korablev, Vladimir
Похоронены на Хованском кладбище, северная территория
12/12/19 03:07 more...
author Павел

Radchenko, Vladimir
Спасибо , Сергей
Сергей , не случайно мы заходим сюда...На страницы памяти жертв Норд-Оста , на страницу памяти Вашего папы...Воистину Св...
26/11/19 17:51 more...
author Валя

Skopstova, Evgeniya
16 и 17 ноября 2019 года в подмосковном городе Дубне, на базе спорткомплекса «Волна», состоялся турнир по фехтованию сре...
24/11/19 05:20 more...
author Сергей

Simakov, Aleksandr
Спасибо, Илья Гинзбург
Регулярно читаю книгу памяти жертв Норд-Оста с огромным благоговением , слезами и скорбью. Удивительно , сколько замечат...
24/11/19 05:23 more...
author Валя

Report a comment

Thank you for taking the time to report the following comment to the administrator of this site.
Please complete this short form and click the submit button to process your report.

Name:
 
E-mail
 
Reason for reporting comment
 
 
 

Comment in question
Офтаева Анечка...
Written by Арефьева Е.В., on 21-05-2007 16:34
Нам с Наташей Офтаевой довелось рожать дочерей далеко не только от своих мам, но и от Родины. Вместе со своими мужьями – военными врачами, мы служили в Группе советских войск в Германии. Жили в одном военном городке. Гарнизонная жизнь была особой: все у всех на виду, двери квартир запирались только на ночь. 
О том, чтобы друг другу не помочь, не могло быть и речи. Мудрыми бабушками и заботливыми мамами становились подруги и соседи. Вместе с другими женщинами батальона я встречала Наташу с новорожденной Анечкой из роддома. Помогала купать, пеленать этот нежный, трогательный кусочек жизни, с трепетом прикасаясь к маленьким ручкам, пытаясь представить: какая судьба ожидает это создание с голубыми, как озера глазами и светлым пушком на темени. О чем-то плохом, а тем более страшном даже и не думалось. Через пару месяцев моего мужа перевели к новому месту службы. 
Повзрослевшую Анечку я увидела на портрете, который стоял в черной рамке на девятый день после ее похорон. У нее были такие же бездонные голубые глаза и густые красивые волосы. 
Она не дожила до своих двадцати двух лет. «Норд Ост», Дубровка… Сегодня эти слова у почти у всех ассоциируются не с модной постановкой мюзикла, а со страшными событиями, с горем, постигшем ни в чем не повинных людей, среди которых были женщины, дети. Среди которых была и Анечка. Она училась на пятом курсе мединститута. Всего лишь через год должна была стать квалифицированным врачом, избавлять людей от боли. Ей не довелось осуществить свои мечты, создать семью… 
Мне невозможно представить, что испытали ее родители – наши друзья. Знаю, что ее отец, Владимир Ильич, как только узнал о захвате здания террористами, кинулся туда, сам не зная, как он может помочь в этой ситуации, что сделать? Помочь, к несчастью, он так и не смог. Как, впрочем, этого не смогли сделать и другие… 
Верна истина: не дай Бог родителям пережить своих детей. Анечка была светлым человеком. Так говорили ее отец и мама, брат Илья, однокурсники и друзья. Сколько уже лет прошло, а душевная рана по-прежнему саднит, не заживает. Да и как она может зажить? Наверное, лечит только время. Хотя для тех, кто потерял любимого человека, это – слабое утешение. 
Впрочем, слабое оно и для всех нас. 
Арефьева Е.В.