главная arrow теракт arrow воспоминания arrow Рассказывает заложница Е.Якосева

home | домой

RussianEnglish

связанное

Фролова Дарья
Не знаю почему стала смотреть по ссылке ролик про Троекуровс...
18/05/19 17:13 дальше...
автор Алёна

Памяти Политковской
In memory of Politkovskaya
raise the voice on terrorism victims
10/05/19 11:18 дальше...
автор bestro

Розгон Светлана
Любимый Светлячок))))
Любая проблема может стать началом пути к успеху, если к про...
06/05/19 05:54 дальше...
автор Андрей

Рассказывает заложница Е. Якосева
Написал «Рабочая демократия»   
27.10.2002

Чеченцы пытались сохранить жизнь пленных

Вчера оставшиеся в живых заложники рассказывали об ужасах, которые им довелось пережить.

Вечером из больниц отпустили первых заложников. Они апатичны и измождены, но счастливы, что им удалось остаться в живых. После проведенного в субботу утром штурма российские службы безопасности не позволяли никому общаться с освобожденными заложниками. Они знали, что многие могли серьезно пострадать из-за отравления газом.

Двадцатишестилетний Олег Зегонов сказал, что надышаться таким газом — это «все равно, что выпить тонну водки».

Двадцатилетняя студентка Евгения Якосева сидела в том месте зрительного зала, где террористы собрали иностранцев.

«Когда в театре появился газ, я сразу же почувствовала резкий запах химического вещества. Я сразу поняла, что происходит, — рассказывает она. — Все пытались закрыть рты одеждой, но это не помогало. Мне кажется, я на несколько секунд потеряла сознание. Я помню, что у меня закружилась голова. Я увидела, как сидящие передо мной люди теряют сознание. Я очень испугалась, но бежать было невозможно. Я решила, что мы все умрем. Последнее, что я запомнила, — это паника и крики террористов: „Выключите кондиционеры!„. Потом террористы тоже начали падать на пол. Горло совсем не болело. Неподалеку от нас сидели женщины, к телам которых была привязана взрывчатка. Они тоже потеряли сознание. Потом я проснулась. У меня кружилась голова. Меня тошнило. Я увидела, что в театр вошли спецназовцы. Я не могла встать на ноги, мне было очень плохо. Один из них вынес меня на плече. Я плохо соображала, мне сложно вспомнить все, что происходило. Я смогла лишь сообщить милиции свое имя. Некоторые говорят, что решение применить газ привело к гибели людей, но позволило спасти сотни других. Я не уверена, что это было правильное решение“.

Евгения пришла в театр вместе со своей мамой Натальей, которая тоже осталась в живых. Она спокойно рассказывает о продолжавшейся 56 часов пытке: „Никто не хотел привлекать к себе внимания террористов, поэтому мы все старались сидеть очень тихо. В целом они достаточно хорошо с нами обращались. Они кричали, только когда начинали нервничать“. По словам директора театра Георгия Васильева, банда чеченцев, которую возглавлял фанатик Мовсар Бараев, явно пыталась сохранить жизнь своих пленных после того, как „Альфа“ начала штурм.

„Когда началась стрельба, — сказал он, — боевики сказали, чтобы мы наклонились и спрятали головы под сиденьями. Но потом все уснули. Боевики сидели с откинутыми назад головами и широко раскрытыми ртами. Прозвучали выстрелы, и помещение начало заполняться газом. Я увидел, как террорист, сидевший на сцене, вскочил на ноги и попытался надеть противогаз. Он отчаянно пытался надеть на лицо маску, а потом упал“. Некоторые боевики пытались успокоить своих пленников. Олег Зегонов рассказал: "Среди них был молодой чеченец, который не носил маску. Он разговаривал с заложниками, пытался их успокоить. Взрослые чеченки, которым было 40–50 лет, тоже уверяли нас, что все будет хорошо.

 
< Пред.   След. >