30 декабря 2010 года я, Элла Кесаева,  пришла по повестке  к  дознавателю  службы  судебных приставов.

Дознаватель  Карелидзе Т. В. ждал меня в 10 часов. Появилась я в его кабинете в 12 часов.  По реакции дознавателя было видно, что он меня уже не ждал. На его рабочем столе  лежали бумаги: постановления о возбуждении уголовных дел против меня, Маргиевой Светланы, Бзаровой Эмилии.

Я обратилась к Карелидзе с вопросом: «Уже готовы постановления?». Он  скомкал бумаги: «Это черновики». Желание давать объяснения после такого  ясного исхода дела совершенно отпало.  Я попросила чистые листы бумаги и начала писать заявления на имя начальника отдела дознания: заявление о прекращении  проверки, как незаконных действий, так как решение суда, воспринятое  дознанием,  как заявление о составе преступления, нами обжаловано и не вступило в законную силу. Во втором заявлении я просила  начальника дознания в виду окончания проверки (вынесено постановление о возбуждении уголовного дела)  предоставить мне возможность ознакомиться и снять копии с материалов проверки.

Карелидзе прочитал мои заявления и усмехнулся: «Я ещё постановление о возбуждении не вынес. У нас на всякий случай готово два постановления,  и об отказе в возбуждении уголовных дел тоже. У нас так делается. А окончательное постановление я вынесу 1 или 2 числа. И никаких копий документов  я вам не дам. Это в каком законе вы такое видели?»

- «В ч.2 ст.24  Конституции РФ: обязаны ознакомить с документами, затрагивающие мои права и свободы. В выходные  дни будете выносить постановления?».

Материалы проверки Карелидзе так и не дал, но говорил уже с оговоркой.

Я дала письменные объяснения дознавателю, где  разъяснила о неправомочности  на данное время проводить проверку  и  незаконности составленных против нас протоколов об административном правонарушении, о том, что понятые, указанные в протоколах, являются сотрудниками правоохранительных органов.

Дознаватель был равнодушен ко всему, что я говорила и писала. Он нервно подчищал свой рабочий стол, убирая все бумаги под стол, и несколько раз повторил: «Я маленьких человек. Что вы от меня хотите. Не бойтесь, может быть, прокурор отменит наше постановление».

Я  ни о чем его и не просила. Думала  о Маргиевой Свете, матери единственной  двенадцатилетней дочери, погибшей в теракте. Она сказала  мне  после  решения мирового суда о составе преступления  в нашем протесте: «Уголовные дела против должностных лиц по теракту закрыты, их всех государство оправдало. Ни один из них за гибель моей девочки не понес ответственности. А за протест в уже закрытом суде мне государство предъявляет уголовное дело. Как мне жить в таком государстве?»

Опубликовано на сайте ВОО «Голос Беслана»

комментировать

добавление комментария
Пожалуйста, оставляйте комментарии только по теме.
имя:
e-mail
ссылка
тема:
комментарий:
Код:*
	я хочу получать сообщения по е-почте, если комментарии будут поступать еще

Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze — www.mamboportal.com
All right reserved