«Новая газета»

Так распорядился московский военком

Генералы, ответственные за план по весеннему призыву в их армию, просто-таки в угаре. Отменяются отсрочки студентам, «балалаечникам», хворым. Метут всех. И даже тех, кому вряд ли можно иметь дело с оружием: они уже имели дело с ним при слишком специфических обстоятельствах.
К нынешней весне стали призывниками 44 выживших мальчика, побывавших в заложниках в «Норд-Осте» в октябре 2002 года. Те, кто 57 часов был в плену у террористов, из которого их вызволили с помощью химического отравляющего вещества от имени государства-спасителя. У большинства из них в зале погибли родные и друзья. Год назад предыдущую группу взрослеющих норд-остовцев освободили от службы — действительно, ну куда им в армию? На Северный Кавказ?

Можно много рассуждать о терроризме, но чувство мести к чеченцам у многих из бывших заложников не изжито — это реальность. Они непредсказуемы в реакциях, у них дурно с нервами, они раздражительны, обидчивы, сверхранимы, неуравновешены. Автомат в руки — и что? Будем ждать новых жертв?..
Понимая все, в прошлом году за ребят вступился московский вице-мэр Валерий Шанцев. Но теперь — все. Хотя Шанцев опять вступился, но московский военком генерал-майор Красногорский уперся.
Вот цитата из его официального ответа председателю региональной общественной организации «Норд-Ост» Сергею Карпову: «…довожу до Вашего сведения, что статьей 23 федерального закона № 53-ФЗ от 28 марта 1998 года «О воинской обязанности и военной службе» конкретно определен круг лиц, подлежащих освобождению от призыва или имеющих на это право, в который не входят лица, потерпевшие и пострадавшие от террористических актов…»
Иезуит, однако, этот генерал-майор — он смеет ссылаться на закон от 98-го года. Когда терактов мы не знали, кроме Буденновска-96, а Будденовск все же стоял особняком, потому что привел к мирному договору. В том 98-м только армия, наверное, готовилась устроить реванш в Чечне и, значит, поставить всех нас в положение постоянного ожидания терактов. С 99-го они и начались. И уже не прекращались. Естественно, росло и число заложников — детей в том числе. Разве это новость? Мальчики подрастали, и появилась проблема: служить или не служить тем, кто пережил тяжелейший стресс?.. Государство, естественно, вовремя не реагировало. Ни предыдущая Дума, ни нынешняя не отвечали «на новые вызовы», как любит теперь выражаться наш президент, слепо копируя Буша.
Проблема волновала только тех заложников, кому подступало идти в армию. Но разве они виноваты, что не придумали вовремя соответствующего закона? Конечно, нет. Они в своей армии уже побывали. И не они должны стране, а страна — им. Мы их не защитили. И армия не защитила, пока они были детьми. Более того, армия им уже сильно навредила, исполняя приказ: «Газы!». Товарищ генерал-майор выучил номер закона, который он предлагает изучить и остальным. Но в каком законе написано: трави газом, состоящим на армейском вооружении? Где номер того ФЗ?
Понятно, что ответит товарищ генерал-майор: то была экстраординарная ситуация, особые условия. Так о том и речь. Особой она не только была, но и по сей день осталась для людей, которые стали ее жертвами. Из особых условий вышли обратно в жизнь особые люди. И к ним обязано быть особое отношение. Мы все обязаны сделать их жизнь максимально комфортной. А не кошмарнее.
Это же так ясно. Что даже неудобно объяснять.
А через год в армию должны пойти уже мальчики-старшеклассники из 1-й бесланской школы. Им что, тоже надо будет кому-то что-то доказывать? Или им тоже сунут Калашников? Как велит ФЗ-53?..
Чья, в самом деле, у нас армия в стране? Наша? Или это войско чужого дракона, жаждущего в жертвы тех, кого мы не имеем права скормить ему? Дважды в году в стране происходят эти мучительные бодания с военкоматами. Родители, у которых подрастают мальчики, перестают спать, есть, работать. Всем плохо, отвратительно неуютно у себя дома…