главная arrow сегодня arrow «Мы не умрем. Только не надо больше войны»

home | домой

RussianEnglish

связанное

Показ фильма «Общее/ частное. ...
Фильм был доступен до 1 ноября текущего года.
01/11/21 22:30 дальше...
автор Дирекция кинокомпании

Показ фильма «Общее/ частное. ...
Наша боль
Смотреть, как плачут мужчины-непросто. Трагедия "Норд-Оста" ...
26/10/21 16:41 дальше...
автор Алена

МЫ НЕ УМРЁМ
Чечня скорбит вместе с вами.. Простите………….
26/10/21 19:26 дальше...
автор Фатима

«Мы не умрем. Только не надо больше войны»
Написал Administrator   
26.10.2021

Бывшие заложники и родственники погибших рассказали о теракте на Дубровке

26 октября – День памяти жертв террористического акта, произошедшего во время мюзикла «Норд-Ост». 19 лет назад захваченный террористами Театральный центр на Дубровке был взят штурмом. Все эти годы инициативная группа из бывших заложников, родственников и близких погибших пытается увековечить память о жертвах трагедии. «Газета.Ru» поговорила с людьми, чью жизнь теракт разделил на «до» и «после».

В 2002 году в Москве в Театральном центре на Дубровке проходил показ мюзикла «Норд-Ост», поставленного по «Двум капитанам» – роману Вениамина Каверина о покорителях Севера. Во время спектакля группа террористов под руководством Мовсара Бараева захватила театр. Они взяли в заложники 912 человек, среди которых были зрители, актеры, работники центра. Часть из них сумела бежать или была освобождена в результате переговоров. Большинство террористы удерживали три дня. В ходе штурма в театр пустили усыпляющий газ. По официальным данным, погибли 130 человек, среди них – умершие в больницах уже после освобождения.

«Цветы положили, и можно забыть»

Дмитрий Миловидов – председатель созданной после теракта общественной организации «Норд-Ост». У нее сейчас нет юридического статуса, это неформальная группа единомышленников. В 2002 году Дмитрий – отец 14-летней Нины и 12-летней Лены. Его дочки пошли на мюзикл вдвоем, вернулась только Лена.

В разговоре с «Газетой.Ru» Дмитрий Миловидов вспоминает, что семьям после теракта выдавали разрешения на похороны на разных кладбищах и в разное время. По его словам, это было сделано, чтобы не было «ощущения массовой трагедии». Люди искали любую возможность для сбора информации. Например, во время похорон оставляли записки на могильных оградах, по ним связывались друг с другом. «Так мы находились и постепенно объединялись. Поддерживали друг друга», – говорит Дмитрий.

Сразу после трагедии участники организации «Норд-Ост» стали направлять запросы в самые разные госучреждения с просьбой установить памятный мемориал на месте теракта, но понимания не находили. И тогда на полугодие трагедии Дмитрий поехал на Дубровку и самостоятельно установил деревянный крест перед театральным центром. Позже крест перенесли к церкви иконы Божией матери Всех Скорбящих Радость на Калитниковском кладбище, недалеко от могилы одной из погибших заложниц.

В 2003 году на площади установили памятник с летящими птицами. На нем написано: «В память о жертвах терроризма». По словам Миловидова, к этому монументу его организация «не имеет отношения». «Был построен монумент без списка жертв и без упоминания конкретного теракта. Цветы положили, и можно забыть», – сетует он.

Участники организации «Норд-Ост» не хотели «обезличивания». На первую годовщину они установили на площади самодельные плакаты с именами погибших. На газоне посреди площади перед театром в три ряда выстроили бумажные таблички с именами жертв и их возрастом, а четвертым рядом надпись: «Кто следующий?» Спустя еще год на здании театра, наконец, появился официальный список погибших – мемориальную доску установила мэрия.

«В одну из годовщин на следующий день после траурной церемонии я снимал плакат с фотографиями погибших. Ко мне подошел молодой человек и спросил: а кто эти люди? Мы стояли на ступенях того самого зала. Ему вообще об этом никто не рассказывал», – разводит руками Дмитрий.

«Окружающие как будто боятся заразиться»

В октябре 2002 года Светлана Губарева с дочерью Сашей приехала из Караганды в Москву. Жених Светланы Сэнди Алан Букер, гражданин США, тоже прибыл в российскую столицу. Они были приглашены на собеседование в посольство США для получения визы, собирались уехать в Штаты. Визу одобрили, и отпраздновать событие семья решила походом в театр на мюзикл «Норд-Ост».

Так Светлана с дочерью и женихом оказались заложниками на Дубровке. Выжила только Светлана — Саша и Сэнди погибли при штурме.

После похорон Светлана много общалась с пострадавшими. «Не знаю, что бы я делала без этих людей. Мы друг другу все рассказывали, делились. Бывает же так, что тебе очень больно, а окружающие этой боли боятся, как будто боятся заразиться. А о больном хочется говорить. От непричастных к теракту часто слышу: только не начинай опять об этом, не вспоминай, все прошло. А я и не вспоминаю, я этим живу», – говорит она.

Светлана создала сайт «Мемориал погибших в Норд-Осте». На портале есть «Книги памяти», материалы как непосредственно о самой трагедии, так и о событиях после нее. В том, что эта работа действительно нужна, Светлана убедилась, когда ей написала девушка из Чечни. Она призналась, что террорист Мовсар Бараев был ее кумиром, а одна из смертниц – подругой. Она считала их героями, собирала информацию в сети и однажды наткнулась на сайт Светланы.

«Прочитав истории погибших, она поняла, сколько горя принес теракт, попросила у меня прощения за случившееся, – рассказала Светлана. – Эта история убедила меня в том, что мы правильно делаем, стараясь сохранить память о погибших».

Работа по сбору материалов для «Книги памяти» длилась более пяти лет. Было непросто, потому что погибшие были гражданами семи стран – Австрии, Белоруссии, Казахстана, Нидерландов, России, США и Украины. О погибших рассказали родственники, друзья, близкие, коллеги. Когда, наконец, материалы обо всех погибших были собраны, сложно было придумать название.

Светлана вспомнила слова 13-летней Даши Фроловой, которая, находясь в захваченном зале, написала на свой левой ладони: «Мы не умрем. Только не надо больше войны». Девочка погибла при штурме. Мать Даши Татьяна Фролова рассказала, что узнала о надписи только в 2004 году из материалов уголовного дела.

В 2011 году при поддержке московского правительства книга памяти «Мы не умрем» была издана небольшим тиражом – 3000 экземпляров. В годовщину событий на площади перед Театральным центром книга раздавалась бесплатно всем желающим. А через несколько лет Светлана наткнулась в интернете на объявления о продажах книги. «Для меня это был шок. Мы делали для людей, чтобы узнали о нашей боли. Собирали материал не для заработка. Но кто-то этим воспользовался», – говорит она. Ценники варьировались от 300 до 1000 рублей.

Сейчас у Светланы в планах дополнить сайт «некрополем» – разделом, в котором будет представлена информация о местах захоронения погибших и фотографии надгробий. «Время от времени появляются вопросы, где похоронен тот или другой погибший. Отсюда и родилась эта идея. Я еще не знаю, как мы это реализуем. Сегодня уже известны места захоронения 100 погибших и имеются фотографии 54-х из них. Пока сбор необходимой информации идет тяжело», – признается она.

Еще у Светланы есть мечта – чтобы появился сорт роз в память о Саше. Возможно, он будет посвящен всем погибшим при терактах детям. «Эту идею я предложила на выступлении в 2019 году на VIII Международном конгрессе жертв терроризма в Ницце. Не знаю, что из этого получится. Надеюсь, когда-нибудь появятся такие розы», – говорит Светлана.

«Такие у нас детьми не считаются»

В 2002 году Галина Будницкая работала уполномоченной по переписи населения от Мосгорстата по району Соколиная гора. За удачно проведенную работу ей выделили три билета на популярный тогда мюзикл. Сама Галина пойти с семьей на концерт не смогла, и ее билет достался дочкиной подруге. Муж Галины – Сергей Будницкий с 13-летней дочкой Ириной и ее подружкой, 14-летней Ксюшей, сидели в первом ряду зала на Дубровке. К счастью – все выжили.

Во время захвата Сергей просил Бараева, чтобы он отпустил детей – его дочку и ее подругу. Тот ответил, что «такие у нас детьми не считаются». Не помог даже упор на то, что ранее Сергей служил в Советской армии под руководством командира авиационного полка Джохара Дудаева – впоследствии лидера чеченских сепаратистов.

Сергей утверждает, что ему повезло: обладая военным опытом, он рассматривал газовую атаку как один из сценариев действий спецназа при штурме.

«Я приготовил девчонкам платки, воду, сказал, если что-то почувствуете – намочите их, приложите их к лицу и ложитесь набок. Так оно и получилось», – объясняет Сергей.

Во время разговора с «Газетой.Ru» Сергей вместе с семьей находился в санатории «Белое озеро». Они приезжают в это место каждый октябрь.

Галина говорит, что пострадавшим при терактах государство порой выделяет бесплатные билеты на культурные мероприятия: «В прошлый раз мне передали 20 билетов в Москвариум. Ну, раздала по району».

26 октября Сергей с женой, дочкой и внучкой возвращаются в Москву и пойдут к зданию центра на Дубровке. Собравшиеся почтут память погибших минутой молчания, возложат к памятнику цветы и отпустят в небо 130 белых воздушных шаров. А еще Сергей поблагодарит бойцов спецназа «Альфа» за возможность увидеть внучку.

«Папа не вернется домой»

В момент захвата Театрального центра подполковнику Константину Васильеву было 35 лет. Он случайно оказался рядом – и кадровый офицер, служивший в ракетных частях в Чите и Иркутске, не смог пройти мимо.

По словам его дочери Анастасии Васильевой, он хотел обменять себя на детей, находившихся в заложниках. «Отец зашел со стороны внутреннего двора. Очевидцы говорят, что с отцом был мужчина, который помог ему выломать ворота, ограждающие здание. Из-за того, что ворота больше не преграждали проход, некоторым заложникам удалось сбежать», – рассказывает она.

Когда Константин попал на территорию внутреннего двора, его заметили террористы. Он был расстрелян шестью выстрелами в упор. «Мне было тогда 12 лет. Я была школьница и не понимала всю серьезность ситуации. Но через некоторое время мне стало понятно – папа не вернется домой», – вспоминает Анастасия.

Несмотря на то, что подполковник погиб, защищая своих сограждан, в момент теракта он находился «не при исполнении». Это мешало чиновникам его наградить. Друг Константина, офицер Андрей Митрофанов, обращался с письмами в разные инстанции. Лишь спустя несколько лет Васильева наградили орденом Мужества – посмертно.

«Мне неважно, есть у него орден или нет. Это не главное. Для меня важны люди, которые помнят папу и уважают его поступок. Это и есть награда, настоящая память», – говорит Анастасия.

Именем подполковника названа школа в его родном Сарове.

Газета.Ru

просмотров: 87 | Отправить на e-mail

  комментировать

добавление комментария
  • Пожалуйста, оставляйте комментарии только по теме.
имя:
e-mail
ссылка
тема:
комментарий:

Код:* Code
я хочу получать сообщения по е-почте, если комментарии будут поступать еще

Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze — www.mamboportal.com
All right reserved

 
След. >