главная arrow правосудие arrow материальные иски arrow Речь Татьяны Карповой в Мосгорсуде

home | домой

RussianEnglish

связанное

Пантелеев Денис
Димка Пантелеев
Димка Пантелеев был добрым и отзывчивым. Мы вместе учились в...
17/07/19 16:42 дальше...
автор Андрей Владимирович Сударев

Фролова Дарья
Не знаю почему стала смотреть по ссылке ролик про Троекуровс...
18/05/19 17:13 дальше...
автор Алёна

Памяти Политковской
In memory of Politkovskaya
raise the voice on terrorism victims
10/05/19 11:18 дальше...
автор bestro

Речь Татьяны Карповой в Мосгорсуде
Написал Татьяна Карпова   
28.04.2003

Уважаемые судьи!

Мы, истцы по данному делу, сегодня находимся не просто в здании суда, а в здании, которое получило название «храм правосудия». Мы все очень надеемся, что сегодня здесь прозвучат слова истинно справедливого, объективного, с законодательной основой решения. Мы вынуждены призвать вас к решению нашего вопроса в соответствии с вашей совестью, т. к. бесчинство и полное равнодушие, полное беззаконие и упивание собственной властью, продемонстрированное нам во время судебных разбирательств в межмуниципальном районном суде г. Москвы федеральной судьей Горбачевой М. М., заставило нас убедиться в ее прямой зависимости от московских властей и ее полном подчинении скрытой для нас вышестоящей власти.

К сожалению, веры в беспредвзятость и независимость московских судов у нас не осталось, и мы все очень надеемся, что именно здесь, в храме правосудия, мы наконец сумеем достучаться просто до вашей человеческой совести. И сейчас я очень прошу вас выслушать меня.

1. Правительство г. Москвы, точнее, их представители господин Расторгуев, Гафуров и представитель Департамента финансов, выступающие в роли ответчиков в районном межмуниципальном Тверском суде г. Москвы, ПРИЗНАЛИ факт совершения террористической акции, факт причинения пострадавшим во время теракта и его последствий морального вреда (физических и нравственных страданий), сумму исков, заявленную истцами, под чем они и подписались. Данная подпись Расторгуева А. Е. есть в протоколе суда. Факт признания имеется и в решении Тверского суда. Однако ответчики не признают себя его причинителями, в результате чего и отказываются выплатить нам суммы по искам, а федеральная судья Горбачева, не пожелав разобраться в сути дела, поддержала их мнение. Господин Расторгуев А. Е. заявил, что «действующим законодательством не установлена обязанность возмещения вреда лицом (организацией), не являющимся его причинителем».

Мы, истцы по данному делу, настаивали и продолжаем утверждать, что именно МОСКОВСКОЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО и является непосредственным причинителем вреда, и требовали Тверской суд, в частности федеральную судью Горбачеву М. М., полностью выслушать и объективно разобраться, как и следует судебным органам, в наших претензиях именно к московскому правительству.

Однако федеральная судья Горбачева М. М. не посчитала нужным и необходимым сделать это, т. к. с первой минуты судебного процесса не скрывала свою предвзятость к истцам и с первой минуты своим пренебрежительным и оскорбительным поведением по отношению к нам и самому процессу показала нам, что решение суда было уже заранее сфабриковано и возиться с разбирательством, так же как и тратить на нас свое свободное время, она не собирается. Видимо, Горбачева забыла смысл ст. #19 Конституции Российской Федерации, в которой сказано, что все равны перед судом и законом, а также ст. #21 Конституции РФ, где сказано, что ничто не может быть основанием для умаления достоинства личности, охраняемого государством.

Нам было отказано в возможности доказательств причинения истцам морального вреда, чем было полностью нарушено судебное законодательство в соответствии со ст. #55, 56,58 Гражданско-процессуального кодекса РФ, а также ст. #30 Декларации прав и свобод человека и гражданина.

Все ходатайства, заявленные нами и нашими доверенными представителями во время судебного процесса о НЕОБХОДИМОСТИ ВЫЗОВА В СУД СВИДЕТЕЛЕЙ, которые могли прямо подтвердить роль московского правительства в действиях по ликвидации последствий теракта, в результате которых погиб наш сын КАРПОВ А. С. и другие родные и близкие заложников; ходатайство о ДЕМОНСТРАЦИИ ВИДЕОСЮЖЕТОВ, подтверждающих прямое участие московского правительства; ходатайство о ПРЕДЪЯВЛЕНИИ нами суду ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ, обличающих вину московского правительства в причинении нам вреда,— были отвергнуты судьей Горбачевой, и во всех этих необходимых для действительно объективного рассмотрения дела по нашему иску ходатайствах нам было отказано, что является грубейшим нарушением судебного законодательства. То есть суд лишил нас права равенства участия всех сторон процесса и права на официальное доказательство обстоятельств дела.

2. Если вы, уважаемые судьи, намерены вынести реальное справедливое решение в стенах ХРАМА ПРАВОСУДИЯ, мы не сомневаемся в том, что вы должны были предварительно ознакомиться с материалами протокола судебного процесса в районном межмуниципальном Тверском суде г. Москвы. Однако лично я глубоко сомневаюсь, что вы смогли это сделать, т. к. все материалы протокола практически полностью нечитаемы из-за полной безграмотности секретаря суда Блиновой Н. Б., а возможно, и из-за прямой заинтересованности судьи Горбачевой М. М. СДЕЛАТЬ ДОКУМЕНТЫ СУДА НЕЧИТАЕМЫМИ, разрешив такое недопустимое ведение протоколов. С полной уверенностью и ответственностью за свои слова я заявляю, что неоднократно госпожа Горбачева считала приемлемым диктовать своему секретарю, что стоит записать в протоколе, а что не стоит вносить. Мы неоднократно высказывали по этому поводу свой гнев и заявляли ходатайства Горбачевой о необходимости ведения записей заседаний суда с помощью диктофонов, однако нам и в этом в очередной раз было отказано. Могу напрямую доказать нечитаемость протоколов, т. к. я лично знакомилась с материалами дела, делала выписки, после чего поставила в известность об этом безобразии и бесчинстве по отношению к нашему процессу все СМИ, написав статью-письмо во все газеты, во многих из которых она и была сразу же опубликована. В одной из газет над моей статьей появился очень красочный заголовок: «ШЕМЯКИНЫ ПИСЬМЕНА», которую я предъявляю вашему суду. Уверяю вас, что над столь серьезным документом, как протокол суда, смеялось половина Москвы.

Помимо безграмотности и искажения фактов в протоколе отсутствуют записи пояснений нашего представителя Труновой Л. К. (л.д. 152); отсутствует запись объяснений представителя истцов Матвеева Л. Г. (л.д. 152);

искажены и не дописаны полностью слова высказываний истицы Миловидовой О. В. (л.д. 154);

искажены и не дописаны слова высказываний истца Рыбачок Л. В. (л.д.155,156);

искажены и не дописаны мои показания, истицы Карповой Т. И. (л.д. 156,157,158,159,198);

отсутствуют мое ходатайство о допросе свидетелей, необходимых мне для доказательства роли московского правительства в качестве прямого причинителя морального вреда (л.д. 158). Заявляю, что мои показания на суде искажены практически полностью. Неверно изложен ответ представителя истцов Труновой Л. К. (л.д. 182); искажены слова выступления адвоката Матвеева Л. Г. (л.д. 194); не указаны заявленные защитой ходатайства (л.д. 195). Я привела в пример лишь частичные замечания на протокол судебного заседания. А нашими адвокатами были поданы официальные замечания на протокол, однако судья Горбачева эти замечания сочла возможным оставить без внимания, чем, естественно, вновь судом полностью нарушено судебное законодательство.

Далее. По безграмотному ведению судебных бумаг и полной халатности судьи Горбачевой я делаю официальное заявление и прошу вас рассмотреть вопрос о признании недействительными документов: ОПРЕДЕЛЕНИЯ Тверского межмуниципального суда от 23 января 2003 г., а также РЕШЕНИЯ Тверского межмуниципального суда г. Москвы от 23 января 2003 г.— т. к. в данном документе значится фамилия истца КРАПОВА И. С., которому судом отказано в иске. Однако смею вас заверить, что истца с такой фамилией, участвующего в деле, попросту не существует. На самом деле есть истец КАРПОВ И. С., мой сын, истец по делу. Настаиваю на том, что за простую опечатку в тексте данное искажение можно было бы принять, если бы это было написано один раз. А так как искажение фамилии имеет место в этих двух разных документах неоднократно, то считаю вправе предъявить вам эти бумаги в качестве доказательства полной безответственности и полной недобросовестности ведения нашего дела в Тверском суде и считаю недопустимым вручение нам этих официальных документов с такими нюансами.

Я не допускаю мысли, что компетентный состав вашего суда пройдет мимо столь безобразного ведения документов при разбирательстве нашего дела.

3. Еще раз подчеркиваю, что своим исковым заявлением о возмещении нашей семье, как и всем остальным семьям потерпевших при событиях на Дубровке иска за причиненный нам моральный вред мы не предъявляем своих претензий к чеченским террористам, организовавшим и проведшим теракт 23–26 октября 2002 г., т. к. вопроса самого теракта в исковых заявлениях пока не касались. Это уже будут наши обязательные требования наказания их в уголовном процессе, к которому, естественно, готовимся.

Далее. Мы не предъявляем ПОКА наших претензий к федеральному правительству России, т. к. спросить с него сполна за «блестяще проведенную» операцию штурма и освобождение ими заложников мы сможем лишь после окончания следствия по этому делу. В данном случае, подчеркиваю — на данном этапе событий мы считали и считаем необходимым делом нашей совести по отношению ко всем невинно погубленным нашим родным и близким заявить свои претензии по возмещению нам исков за моральный вред, причиненный нам именно московским правительством. И убеждены, что если бы правительство Москвы были бы ни в чем не виновато, они бы уже давно настаивали на привлечении к суду в качестве соответчиков представителей федерального правительства, а не пытались бы просто уйти от ответственности и сделать все, чтобы тема «Норд-Оста» как таковая вообще исчезла из их памяти. Конкретно наши претензии к московскому правительству заключаются в следующем:

1 Теракт был совершен по территориальному признаку в центре Москвы на ул. Мельникова, д. 7, и ответственность за спасение заложников, естественно, должна была лечь именно на московское правительство, которое несет ответственность за людей, проживающих в г. Москве, которые находились на развлекательном мероприятии в г. Москве, попавшие в столь нечеловеческие условия по вине МОСКОВСКОГО Правительства, которое допустило в центре города, за сохранность и безопасность которого они отвечают, возможность проникновения ТАКОГО количества террористов с ТАКИМ количеством боеприпасов и осуществление ими беспрецедентного по масштабам человеческих жертв теракта. За свою халатность, безответственность, за обесценивание человеческих жизней — следует отвечать и отвечать по закону.

2. Правительство Москвы обязано по своим функциям нести ответственность за слаженность работы и организацию мероприятий по спасению заложников после штурма, проведенного федералами и ФСБ.

Найти людей из состава правительства г. Москвы, как и, конечно, федерального правительства, отвечающих за наличие необходимого количества спасателей, эмчеэсников, медиков, носилок, антидота, аппаратов для искусственной вентиляции легких, которые были просто необходимы в данном случае при спасении людей, отравленных наркотическим газом-убийцей, а не перекладывать ответственность друг на друга, как, например, этот торг, КТО ЗА ЧТО ОТВЕЧАЕТ, который имел место сразу же после проведения операции штурма, когда один из чиновников московского правительства бросился к Владимиру Проничеву, первому заместителю главы ФСБ, человеку, формально руководившему антикризисным штабом, и на вопрос: «ЧТО ДЕЛАТЬ С ПОТЕРПЕВШИМИ ЗАЛОЖНИКАМИ?» ответил: «Заложники — не МОЙ вопрос! Я занимаюсь террористами! Заложники — это к Кобзону!»

Мы, потерпевшие, хорошо еще пока понимаем юмор, но данный юмор уже относится к черному юмору, цена которого −129 погибших и 80% всех выживших, ставшие инвалидами!

Кто как не московское правительство должно было сосредоточить возле здания театра необходимое количество машин скорой помощи со специальным медицинским оборудованием, а не держать на всякий пожарный случай колонну рейсовых автобусов, куда в конечном итоге и грузились наши родные как скот, как дрова. В результате такой «СЛАЖЕННОЙ» эвакуации у нас, потерпевших, есть достоверный факт того, что тринадцатилетняя девочка была раздавлена, находясь в нижнем слое пирамиды, сложенной спасателями в автобусе из бездыханных тел. Кто как не московское правительство должно было согласовать с федеральным правительством РФ и ФСБ, разработавшими и осуществившими штурм, вопрос сосредоточивания возле стен «Норд-Оста» служб МЧС и других спасателей?! Газ начал поступать в зал театра в 4.30 утра, и лишь спустя два с половиной часа, примерно в 7.00–7.15, службы МЧС лишь только получили приказ сосредоточиться у стен театра. Пока шел инструктаж и дележка имевшихся в наличии носилок, которых на самом деле не хватило на всех заложников, прошло еще время. Первый заложник был освобожден примерно в 7.30 утра. Почему заложникам смогли оказывать помощь при эвакуации реально лишь спустя три часа после подачи газа, когда многим уже помощь была не нужна?!

Кто как не московское правительство должно ответить за причинение нам страшного морального вреда, получая ордена и медали героев за столь блестяще проведенную операцию штурма, в результате которой практически не пострадало 20%, остальные — мертвецы и инвалиды? Почему никто из московского правительства не счел нужным возмутиться фактом раздачи незаслуженных наград и никто из них не отказался от этого?!

Кто как не московское правительство причинило столь огромнейший моральный вред лично мне, матери погибшего сына, и нанесло моему здоровью такую моральную травму, залечить которую мне уже не суметь до конца моей жизни, выдав мне труп в морге, а теперь, спустя полгода, ознакомив меня и моего мужа с выводами комиссионной судебно-медицинской экспертизы, в которой черным по белому написано, что лично моему сыну никакой медицинской помощи не было оказано вообще! По свидетельству заложников, оставшихся в живых, и показаниям эмчеэсников, основная группа врачей оказывала помощь заложникам на крыльце здания перед входом театра. Помощь в зале не оказывалась почти никому, т. к. в зале врачей было минимальное количество. Кто дал команду выносить только живых? Кто мог практически определить: кто жив, а кто нет? Эмчеэсники сами сделать этого не могли, так как только вытаскивали тела. Если допустить, что мой сын в 12.45 дня имел еще температуру тела 35 градусов, значит минимум 2 часа после начала эвакуирования заложников он еще был жив! Почему на спасение жизни моего сына у московского правительства не нашлось врача? Почему московское правительство, не обеспечившее должным образом оказание медицинской помощи пострадавшим и нарушив тем самым ст. 41 Конституции РФ, в результате своего халатного отношения к спасению человеческой жизни, приведшей к смерти моего сына, уклоняется от признания своей вины. Вправе ли межмуниципальный суд г. Москвы отказывать мне в удовлетворении моего морального иска к московскому правительству, причинившему мне моральный вред, нарушив ст. 41 Конституции РФ неоказанием медпомощи моему сыну и лишением его права на охрану здоровья?! Как я могу теперь жить, узнав, что примерно 2 часа мой сын валялся на крыльце или в самом театре, еще будучи живым, и ему просто от московской власти не досталось врача и что его просто никто и не пытался спасти?!

3. Во время судебного процесса в Тверском суде нашими ответчиками было заявлено, что московское правительство вообще никакого отношения к спасению заложников не имело и не принимало участия в нем и поэтому не собирается выплачивать нам иски. Почему судья Горбачева безоговорочно приняла это заявление и сочла правомерным отказать нам в компенсации исков, почему судья не захотела признать именно в их бездействии причину нанесения нам душевных ран и боли, за которое правительство не хочет отвечать по закону?! Разве не правительство Москвы во главе с Ю. М. Лужковым должно ответить за то, что ЧП такого масштаба не коснулось их?! Разве не в их функции входит обеспечение сохранности человеческих жизней москвичей?! Я прошу вас отменить решение суда, чтобы мы все вновь обрели веру в справедливость и правосудие судебных органов РФ, ведь уход в сторону от ответственности правительства лишь увеличивает столь очевидное причинение ими нам морального ущерба. За что же тогда их награждала Россия, за какие такие подвиги? И правительство Москвы принимало их. За полный бардак, который происходил при штурмовых мероприятиях по вине неорганизованности должным образом мероприятий по спасению заложников. Именно ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ и должно понести ответственность в судебном порядке.

4. Кто ответит нам за тот кошмар, который мы претерпевали и претерпеваем сейчас, когда мы до сих пор не можем узнать, кто виновен в смерти наших близких, кто дал распоряжение выпотрошить полностью тела наших умерших близких, извлечь из них все абсолютно органы, включая мозг, и отдать нам набитые соломой чучела для погребения? Почему правительство Москвы молчит и не задумывается о том, что мы должны быть проинформированы и о газе, который был применен незаконно, как наркотическое вещество, и о том, что происходит во время следствия сейчас, хотя бы на какой оно стадии сейчас, скрывает списки всех заложников, списки истинно точного числа погибших и застреленных при штурме, число почему-то и куда-то пропавших после штурма людей. Почему причиной смерти, сейчас уже по официальным бумагам из прокуратуры, могли послужить лишь двухдневное голодание и неудобная поза тела сидевших в креслах людей, с последующим отеком мозга и сердечной недостаточностью. Именно этих причин, а не от газа. Почему правительство Москвы не помогает нам найти виновника, причинившего нам вред, в лице федералов и ФСБ, почему, если считаете себя непричастными, не привлекаете их в качестве соответчиков? Тем самым вы становитесь невольными соучастниками преступления, скрываемого властью.

5. Кто как не правительство Москвы, возглавляемое Лужковым, продолжает и по сей день наносить нам моральный ущерб, планируя и обсуждая создание мемориала—памятника спектаклю «Норд-Ост», в котором они даже не предусмотрели наличия мемориальной доски с именами погибших, зато уже в самом театре разместили мемориальную доску с именами московских олигархов, скинувшихся и внесших денежную лепту в восстановление театрального спектакля, который скоро кончает свое существование вообще.

Мы требуем справедливого законного рассмотрения наших дел и прежде всего — отмены незаконного, необоснованного, несправедливого, с огромным нарушением процессуального разбирательства решения межмуниципального районного суда г. Москвы. Смею вас заверить, что замолчать нас и успокоиться уже не заставит никто и ничто. И если мы не найдем истинного законного определения в вашем городском суде, у нас у всех хватит сил и мужества вынести всю грязь коррупции, подкупленности и полного безразличия нашей страны в рассмотрении вопроса ухода от ответственности за причиненные нам страдания правительства Москвы в международном суде г. Страсбурга, где уж, поверьте, не будем скрывать позора нашей беззащитности народа и безвластия в стране. И пока мы не добьемся справедливости и не накажем всех реально виновных в этом событии теракта необычного масштаба, имевшего место в столице России, никто не сможет закрыть тему «Норд-Оста», как старается сейчас сделать это правительство Москвы. Заявляю с полной ответственностью, что вправе считать Тверской суд г. Москвы абсолютно юридически безграмотным, в частности судью Горбачеву М. М., мотивируя тем, что, полностью запутавшись, кто есть кто на суде среди ответчиков, умудрилась выделить моего мужа, Карпова С. Н., который подавал единый иск ото всей семьи, в отдельное судопроизводство. Таким образом, подчеркиваю: по одному и тому же иску, на одну и ту же сумму, мне и моему сыну уже отказано, и моя кассационная жалоба находится сейчас на рассмотрении вашего суда, а муж все еще продолжает бороться за тот же самый иск и ту же самую уже отказанную мне сумму в районном Тверском суде. Запутавшись окончательно в повестках, суд не прислал повестку мне на сегодняшнее разбирательство, однако вызвал мужа на судебное заседание по его кассационной жалобе, которую он еще даже не имеет права подать в ваш суд, т. к. еще не получал отказа в Тверском, и когда я позвонила в суд, чтобы проявить обстановку, мне ответили, что все повестки рассылаются строго по записям решений суда и что если повестку получил муж, следовательно, его дело уже рассмотрено и имеется вынесенное решение суда. Как же мог суд без нашего ведома рассмотреть дело мужа в его отсутствие и отсутствие адвоката, если такое судебное заседание вообще имело место. Прошу вас обратить самое серьезное внимание на слишком большое количество ошибок, описок, искажение фамилий в судебных документах, что явно свидетельствует о недобросовестном отношении судьи к нашему делу.

Правительство Москвы, мотивируя свой отказ, заявило, что сделало уже все необходимое и возможное для пострадавших, выделив сумму в 100 000 руб. на каждого потерпевшего и по 50 000 руб. на каждого заложника. А также указало, что выделило средства на погребение погибшего. Возникают вопросы:

1. Кто дал право правительству Москвы оценивать стоимость жизни наших детей и других близких, погибших при теракте, в сумму стоимости элитного щенка?

2. Почему за погибшего в подлодке «Курск», за каждого погибшего, которые выполняли свой профессиональный долг и шли на риск в выбранной ими службе, цена жизни человека была оценена в 750 000?

3. Как расценить оказанную вами сумму на погребение, когда я могу предъявить суду чеки ритуальных услуг, затраченные нашей семьей, которые равняются 40 000 руб.?

4. Как можно объяснить тот факт, что предложенные и обещанные ранее путевки на курортно-санаторное лечение изначально включало в себя количество путевок для каждого члена семьи потерпевшего, а теперь сведено до 1–2 путевок на семью. Куда же исчезли остальные путевки?

5. Кто же должен ответить и заплатить нам за ту нечеловеческую боль, которую испытывает каждый из нас уже в течение полугода?

Кто же из судебных инстанций найдет в себе мужество признать причинителем нанесенного мне и остальным потерпевшим морального вреда московское правительство?

Сумеете ли вы, уважаемые судьи, найти в себе мужество не идти на поводу оказываемого на вас влияния властей, что бесспорно подсознательно теперь ожидаемо нами и в ваших стенах?

Сумеете ли вы и захотите ли снять пятно с вашей совести и отменить решение межмуниципального районного Тверского суда на повторное рассмотрение в любую другую судебную инстанцию, кроме судов г. Москвы, т. к. настаивали и продолжаем настаивать на подкупности и прямой зависимости судов Москвы от правительства Москвы, о чем неоднократно ходатайствовали и перед Тверским судом и перед вашим.

 
< Пред.   След. >