связанное

ЕСПЧ принял к рассмотрению час...
Решение по делу Беслана
Жалобы заложников и их родственников поступили в ЕСПЧ в апре...
14/04/17 11:08 дальше...
автор РОО "Норд-Ост"

ЕСПЧ принял к рассмотрению час...
Решение ЕСПЧ по Беслану
Ожидается, что Решение ЕСПЧ по Беслану будет оглашено 13-го ...
07/04/17 19:10 дальше...
автор РОО "НОРД-ОСТ"

03.04.2017. Санкт-Петербург
С глубокой грустью мы восприняли новость о том, что в резуль...
06/04/17 12:05 дальше...
автор ФРАНЦИЯ ЕВРОПА БЕСЛАН

Медведев Вадим
Написал одноклассники   
22.03.2007
Возраст — 38 лет; Россия, Болшево МО.

Вадик Медведев проучился с нами сравнительно недолго. В нашу школу он перешел, когда мы были старшеклассниками. Но есть такие люди, которых всегда «очень много». Они, как будто заполняют собой вакуум общения, могут пошутить, когда это нужно, приструнить, если кто-то разбушевался, сострить и разрядить ситуацию. Вадик был именно таким. Не поверите, но когда мы стали считать, а сколько же он проучился с нами, то сделать этого не смогли. Казалось, что это было всегда.

Его заразительный смех, его гитара, песни, его модные подтяжки. Вадик был «настоящим» в том смысле, что никогда не скрывал своих взглядов, симпатий и антипатий. Пока мы учились в школе, то никогда не задумывались, какой же дружный наш класс. Осознали это, когда учеба завершилась.

Как-то после школы мы на несколько дней поехали в Крым. Спонтанно собралось несколько одноклассников, купили билеты — и вперед. Жить решили у знакомых, как «дикари». В те годы с продуктами было неважно, и, чтобы не голодать, мы договорились, что каждый из нас утром будет ходить в магазин и покупать молочные продукты – молоко, кефир, сметану, ряженку. Именно этим в 80-е годы славился Крым – свежие молочные продукты в стеклянных баночках и бутылках, которые почему-то не продавались в Москве. Естественно, что «дежурить» никто не любил — ведь вместо того, чтобы лежать на пляже, нужно было часами стоять в очереди. Когда наступала пора заступать на «вахту» Вадику, то это напоминало настоящий спектакль.

Он появлялся на пляже, обвешанный сумками с криками: «А вот молоко! Кому сметану?» Толпы отдыхающих устремлялись к нему, прихватив с собой кошельки, а мы бежали с ними наперегонки и, извинившись, говорили, что мальчик просто пошутил. Тем не менее, со стороны все это выглядело очень забавно, хотя и повторялось многократно.

А еще Вадик очень любил фотографироваться на фоне иномарок, собирал коллекцию «Я и…». В то время иностранные машины были относительной редкостью в Москве.

Любил он петь под гитару. И однажды в шутку предложил даже создать свой ансамбль – кто-то на пианино, он – на гитаре, барабанщика, мол, найдем…

Он обожал свою жену, своих детей. На всех наших встречах выпускников показывал семейные фотографии. Семья была его предметом гордости. После «Норд-Оста» фотографии Вадика показывали друг другу мы. Не сговариваясь, принесли эти черно-белые снимки и молча рассматривали…

 

И все же, не верится, что его больше нет, потому что его смех, его голос в телефонной трубке с дежурным вопросом: «Ну что, когда собираемся?» до сих пор так ясно звучит. А пока люди помнят, то, верится, что жизнь продолжается…


просмотров: 6756 | Отправить на e-mail

  комментариев (4)
1. автор: одноклассник, дата: 23-03-2007 10:00
Страшно даже подумать, что школу мы закончили 26 лет назад. Во временном исчислении это целая вечность. Но, ежегодно встречаясь с одноклассниками, создается впечатление, что и не было этих лет, потому что кажется, что мы и внешне-то мало изменились, не говоря уже обо всем остальном. Ведь характеры людей, по большому счету, кардинально не меняются.

Пока мы учились в школе, то никогда не задумывались, какой же дружный наш класс. Осознали это, когда учеба завершилась. Кто-то уехал поступать в другие города, кто-то остался в родном Одинцове, но встречаться мы стали намного реже. Только раз в году – в первую субботу февраля. Говорят, что не только счастье, но и беды объединяют. Когда начался весь этот кошмар с «Норд-Остом» и стали раздаваться телефонные звонки, что Вадик с супругой там, никто ничего тогда толком не понял. Не поняли мы и потом, когда получили известие, что Вадика больше нет. И даже когда его хоронили. Не верится в это и сегодня.
Помню, как после всего случившегося мы собрались все вместе у одной из наших одноклассниц. Сидели и просто молчали. Страшно было говорить, потому что все слова казались какими-то банальными и неправильными. Неправильными, потому что мы еще такие молодые, потому что у Вадика осталась семья, дети, потому что у него замечательные родители, и каково же им, если так плохо нам. Думаю, что у каждого в голове были именно эти мысли. И потому мы не могли ни говорить, ни смотреть друг другу в глаза, словно во всей этой трагедии была и наша вина…
2. автор: Журавель Владимир-сокурсник,со, дата: 11-04-2007 20:44
Мне довелось знать Вадима с 1 курса военного училища. Учились вместе с ним в одной учебной группе и строевом отделении. В 1986 году после окончания училища по распределению попали в военный научно-исследовательский институт. И надо так судьбе распорядиться, что опять оказались вместе: в одном отделе и лаборатории, и даже в одной комнате в общежитии. Даже пришлось поспособствовать его женитьбе.
Мы с ним совершенно разные: он эмоциональный, а я спокойный. Одним словом, огонь и лёд в одном флаконе. Естественно получалось, что мы друг над другом подтрунивали. По его инициативе мы завели в комнате книгу жалоб и предложений, в которой любой желающий мог написать все что угодно. Чаще там были наши записи. Если у кого-то из нас было плохое настроение или был чем-то или кем-то недоволен, то делалась запись в книге с объяснением причин. Другой мог написать по этому поводу что-нибудь ободряющее, вставить «шпильку» или сделать какое-нибудь предложение. Это было достаточно интересно для психологической разгрузки. Об этой чудо-тетрадке ходили легенды среди наших друзей и знакомых.
Конечно, мы были большими детьми и нам многое прощали. На службе Вадим всегда оставался душой компании, потому что мог спеть или рассказать что-нибудь интересное. Поэтому имел достаточно много друзей и приятелей.
Даже когда нужно было сдавать программы заказчику и приходилось ездить в ночные командировки (с 8 вечера до 8 утра), потратив 2,5 часа только на дорогу в один конец. Он мог развеселить какой-нибудь шуткой. Например, запрограммировал на большой ЭВМ мультфильмы со стишками. И запускал периодически для поднятия настроения.
Был хорошим семьянином и отцом. Так как в 90-х годах офицерам стали платить значительно меньше, чем в советские времена, приходилось работать женам. Вадим старался к приезду жены вместе с детьми вести домашнее хозяйство. Научил сыновей быть самостоятельными помогать маме. Сейчас это очень пригодилось. Так как им приходится быть самостоятельными.
При каждой встрече с однокашниками мы всегда вспоминаем Вадима. Первый тост мы произносим за него.
3. автор: Дмитрий Борисов-сокурсник и др, дата: 11-04-2007 20:48
Когда точно они решили меня побить, я уже точно и не вспомню. Судя по тому, что это произошло в первом семестре первого курса, наши взгляды на мироустройство существенно отличались. Ну нет, конечно, и они и я ни минуты не сомневались в том, что, например, человек произошел от обезьяны, что рано или поздно все мы придем к победе коммунистического труда или в том, что учение Маркса всесильно просто лишь потому, что оно верно. Иначе все мы не учились в Харьковском Высшем Военном Командно-Инженерном училище ракетных войск в далеком 1981 году.
Вот только наши музыкальные пристрастия отличались настолько, что единственным способом выяснить, кто же все-таки лучше – «Машина Времени» или Адриано Челентано, можно было лишь в честном поединке. Поскольку более любителей итальянской эстрады не нашлось, мне пришлось отстаивать свои взгляды в гордом одиночестве. Правда, был среди нас один мне сочувствующий – Саша Метелев, но поскольку он твердостью музыкальных убеждений не отличался, да и в развернувшихся далее событиях прямого участия не принимал, то полководец армии моего противника Вадик Медведев решил, что побить следует лишь меня одного.
К тому времени Вадька располагал небольшой, но дисциплинированной и хорошо обученной армией, состоявшей из верного Димона Валеева, не по годам мудрого Витьки Масалова и примкнувшего к ним на правах временного союзника мечущегося в постоянном музыкальном поиске Шуры Ольховика. Временным Шура был потому, что, в общем-то, на ансамбль «Машина Времени» и певца Челентано ему было наплевать, но подраться хотелось, особенно в составе отряда, превосходящего противника по численности.
Непременно следует добавить, что боевой дух Вадькиного войска, поднявшегося на защиту поруганной чести любимой группы, был весьма высок и, имей я сопоставимую армию, сражение могло бы произойти нешуточное. А не произойти оно просто не могло – уж больно глубоки были терзавшие нас противоречия, взошедшие на благодатной почве юношеского максимализма. Подумать только: я осмелился писать гадкие стишки и прозу, порочившие весь обожаемый Вадькой музыкальный коллектив в целом и каждого из его членов в отдельности. Разумеется, более всех доставалось заслуженному ныне бунтарю, кулинару и ныряльщику, но остальным тоже перепадало. Хотя, уверен, ни одна живая душа из состава «Машины Времени» той эпохи ни сном, ни духом не ведала о бурливших среди нас страстях. Как, впрочем, и далекий А. Челентано, который, как мне теперь кажется, и не подозревал, что его творчество могло бы стать причиной конфликта военнослужащих Красной Армии в советском городе Харькове, местоположение которого он наверняка даже и не знал.
Итак, совет в Филях (вернее, в каптерке) состоялся, день сражения был назначен и принято решение предложить мне либо опровергнуть собственную ересь, либо отстаивать свою и Адрианину честь в честном поединке. С этим и явился посланный парламентером Витек, беззлобным тоном сообщивший, что сейчас меня будут бить. Шура Ольховик наблюдал за моей реакцией стоя чуть поодаль и теребя в руках несвежий носовой платок. Дать слабину и отказаться от перспективы быть побитым означало покрыть себя несмываемым позором на все пять лет предстоящей учебы. И я уныло поплелся за Витьком. Было, честно говоря, не по себе.
Увидев лица встретивших меня на ристалище Вадьки и Димона, я понял, что и они тоже ввиду своей добропорядочности не особенно рады перспективе противостояния вчетвером против одного, однако отпускать меня без хотя бы пары тумаков означало бы проявить несвойственное настоящим мужчинам малодушие. Повисла пауза. Кому-то определенно надо было начинать первым, но пятеро воспитанных мальчиков из хороших семей стояли друг напротив друга, не решаясь подраться.
Не помню, кто все-таки начал первым и не знаю, чем могла бы закончиться битва, если бы не заставшие нас в самом ее начале сокурсники, однако я все-таки могу утверждать, что мое близкое знакомство с Вадькой Медведевым состоялось именно в тот момент и было действительно довольно близким – пару ударов мы успели друг другу нанести. Теперь мне кажется, что не будь этого сражения – и неизвестно, сложились бы наши отношения в долгую дружбу или нет.
А еще я помню, что за годы, прошедшие с того дня, мы успели переговорить обо всем, о чем только можно переговорить. И только двух тем, проявляя толерантность, не касались более: творчества «Машины Времени» и творчества Адриано Челентано.
4. ВАДИМ МЕДВЕДЕВ
автор: Софронова (Воронова) Юлия, дата: 18-10-2007 10:42
***

Пожалуйста, держитесь!
К вам идут.
Ведь быть не может, чтобы просто ждали.
Найдут пути, придут.
Слова найдут.
Не может быть,
чтобы вот так отдали.

***

Молюсь за тех, кто там остался.
Молюсь за тех, кто потерял.
За тех, кто в эти дни пытался,
Но всё же, как помочь, не знал.
За тех, кто выжил под прицелом
И силы ищет, чтобы жить.
Никто, никто не вышел целым.
Души разорванной не сшить…

***

Слишком страшно, чтобы быть?
Слишком больно, чтобы знать?

Нет. Так страшно,— не забыть.
Больно так, что надо знать.

***

Двадцать седьмое. Под вечер.
Тихо. Шампанское. Свечи…
Боже ты, Боже ты мой!
Вовка вернулся домой.
Где-то на Чистых прудах
Катя с Мариной в слезах.
Но оттого, что Андрей
Дома уже… И бодрей
Сердце стучится моё,
Сердце стучится твоё…
Мы подождём, мы сумеем.
Выйдут другие, согреем…

Кто это там? Не меня ли?
Да, это я… Как узнали?!
Нет! Невозможно! Нельзя!
Все соберутся. Друзья.
В среду. Тридцатого. В полдень.
Дом Офицеров. Проводим…
Думала, страх не вернётся.
Думала, сердце очнётся…
Злоба. Бессилие. Лёд.
Вадька уж маму зовёт.
***

Полузабытое родство
К нам с инеем приходит в души.
И болью тупо, глухо душит
НЕ-жданное, НЕ-естество.

И пробуждает вдруг его
Не тайность яркая рожденья.
А жуткое ночами бденье,
Знаменье ада самого.

Первопричины не понять.
И силы нет искать истоки.
У гроба вдруг сошлись дороги.
А вот ЕГО уж не обнять.

И понимаешь, как мала
Жизнь каждого. Как быстротечна.
Мы тратим время так беспечно.
И закрываем зеркала…

***
Как вспомнить всё, чему не суждено
Ни сбыться, ни раскрыться в нас ночами…
Когда-нибудь, уж так заведено,
Нас встретит мир истерзанный лучами.
Когда-нибудь мы встретимся с тобой -
Без тела и одежд, за облаками.
И вспомним всё, назвав мечту судьбой,
И станем плакать, обнявшись глазами…

добавление комментария
  • Пожалуйста, оставляйте комментарии только по теме.
имя:
e-mail
ссылка
тема:
комментарий:

Код:* Code
я хочу получать сообщения по е-почте, если комментарии будут поступать еще

Powered by AkoComment Tweaked Special Edition v.1.4.6
AkoComment © Copyright 2004 by Arthur Konze — www.mamboportal.com
All right reserved

 
< Пред.   След. >